Форум » Приключения: Авторы от A до Z » Ксавье де Монтепен (1823 — 1902) » Ответить

Ксавье де Монтепен (1823 — 1902)

Admin: Об авторе не совсем забытом ограничимся пока цитатой из более известного классика: Роберт Льюис Стивенсон "Жизнь на Самоа" (пер. с англ. З. Житомирской) Льюис. Суббота, 18 апреля 1891 г. <...> Очень хочется послать за парочкой детективов. Что-нибудь вроде Монтепена* как раз подошло бы моим замерзшим мозгам. Страшно утомляет, когда все мысли так или иначе вертятся вокруг работы. Вчера я был не в состоянии даже думать и для развлечения сочинял рецепты новых блюд. <...> ---- Примеч. *Ксавье де Монтепен (1823 — 1902) — французский писатель, автор многочисленных бульварных романов и душещипательных мелодрам.

Ответов - 175, стр: 1 2 3 4 5 All

Beautiful cat: Admin пишет: Представьте Ваш пост в виде аннотации к книге Ну что Вы! Это совсем не аннотация. Это действительно был краткий сюжет начала книги. Я думал написать в двух словах, но потом понял, что получится аннотация к очередной мелодраме, коих у Монтепена очень много. А здесь все таки приключенческий роман. Поэтому и решил углубиться в начало сюжета. Но, с мнением согласен, и впредь буду более сдержан.

Admin:

armani1120: Beautiful cat А еще есть в электронном виде драмы парижа монтепена в дореволюционке


Beautiful cat: armani1120 пишет: А еще есть в электронном виде драмы парижа монтепена в дореволюционке Уважаемый armani1120, заинтриговали Что это за роман? Можно ли взглянуть на титул? Точны ли Вы в названии?

Admin: Вероятно, речь идет о неполном комплекте романа "Авантюристы, или Трагедии Парижа" в виде выпусков, о котором уже сообщали здесь http://adventures.unoforum.pro/?1-6-0-00000000-000-10001-0#167 Это так?

tigerc: armani1120 А еще есть в электронном виде драмы парижа монтепена в дореволюционке Привет из Болгарии. А что такое ''дореволюционке''. Спасибо.

Антон: Издания до 1917 года (год революции в России).

nik: Прочёл роман "Супруги Сатаны"(Бук Чембэр)-Ещё раз убедился-занимательно, как и всё у де Монтепена. Но "Супруги..." самое увлекательное(пока).Даже, сильнее, чем, "Врач бедняков". Могут возразить-Бульварная литература. Отвечаю-не нравится не читай. Рекомендую.

Beautiful cat: Добрались руки до "Кровавого дела". Очень понравилось. Занимательный уголовный роман с элементами мелодрамы. Очень много общего с "Кровавой ночью". Тот же типаж преуспевающего убийцы, такой же постепенно замыкающийся круг людей и событий, и даже приблизительно одинаковый размер произведений. Всем кому нравится один из этих романов, обязательно понравится и второй. Завязка такова: В поезде идущем из Лиона в Париж совершено двойное преступление. Убит негоциант, перевозивший при себе крупную сумму денег. Молодая девушка, невольная свидетельница злодеяния, выброшена убийцей из идущего поезда. Есть в романе очень любимые мной образцы остроумного юмора на грани фола. Например, сцены с мадемуазель Жанной Дартиль, актрисой ролей ingenue, "очень ценимой господами офицерами всевозможных гарнизонов", как говорится, сделали мой день . Жанна Дортиль поклонилась, сопровождая поклон улыбкой и взглядом, которые ясно говорили: «Если вы ничего не имеете против, то и я не прочь!» <...> Будущая звезда, с первого взгляда оценив выдающиеся физические достоинства своего покровителя, решила добиться его благорасположения средствами, успех которых редко подлежит сомнению. <...> Она уже готовилась грациозно сесть красавцу итальянцу на колени, но ее разом осадил холодный взгляд последнего. — Не угодно ли вам сесть в это кресло? — вежливо, но сухо проговорил Анджело, указывая на одно из кресел, стоявших у камина. <...> — Вы артистка, — сказал он, — и, как я слышал, обладаете большим талантом. — О, Боже мой, сударь, — развязно ответила Жанна, — я артистка по темпераменту, по призванию; театр для меня все! Ничего, кроме театра, для меня не существует. Что же касается моего таланта, <...> то мне о нем столько кричали, что я и сама начала верить в его существование. Жанна Дортиль встала, выпрямилась во весь рост и, выставив груди, заговорила ласковым голосом, глядя на доктора из-под длинных ресниц взглядом влюбленной кошки: — О, доктор, знаете, в декольте я поразительна, ослепительна! Настоящий праздник биноклям! ЗЫ: Недавно попалась на глаза такая информация. В 1889 году на страницах "Пб. газеты" вышли романы Монтепена "Красное завещание" и "Парижские пираты". Второй роман, мне кажется, альтернативный перевод "Пиратов Сены", пересказ которого публиковался отдельным изданием под именем "Огонь и меч". Кто что знает или видел в глаза эту самую "Петербургскую газету"? Также там якобы напечатаны "Банкир-разбойник" Дю Буагобе и "Жертва клеветы" А. Бувье.

Beautiful cat: Прочел "Чревовещателя". Очень интересный roman policier. В замке близ Нормандии совершено жуткое двойное убийство. Украдена крупная сумма денег. Роман напомнил местами "Рокамболя" Понсон дю Террайля, местами "Рабов Парижа" Габорио. Читал с неослабевающим интересом. Параллельно со мной читал книгу и мой друг, который до этого о Монтепене и слыхом не слыхивал. Пришел в восторг по прочтении, хоть и сетовал на некую неудобоваримость Алжирских сцен для его восприятия. В романе есть отсылки к другим романам Монтепена: - к Трагедиям Парижа, где впервые упоминается сыщик Жобен: Рошвильский мэр никогда ничего не читал, кроме газеты «Вести с Нижней Сены» и никогда не слышал имени Жобена. Ривуа, напротив, следил за событиями по «Судебному вестнику», а потому это имя было ему хорошо знакомо. –Неужели это господин Жобен? – воскликнул он. – Тот самый Жобен, который прославился благодаря делу Вормса? –Да, он самый. - к "Жене паяца" (La femme de Paillasse, 1878), когда сыщик Жобен защищает честь актеров перед мэром Рошвилля: Я знал одну акробатку, Перин Розье, прозванную женой паяца. Бедняжка была воплощением добродетели, а между тем ее осудили заочно на смертную казнь за чужую вину. В одном из эпизодов романа действие происходит в театре "Жимназ". Дают "Даму с камелиями" А. Дюма-сына. Ох, как я люблю этот монтепеновский сарказм: Играли последний акт «Дамы с камелиями». Во всех ярусах театра у зрителей текли слезы. Дамы шумно сморкались. Невольно вспоминается: "Дамы, не сморкайтесь в занавески, Это неприлично, Вам говорят..." Забыл написать в предыдущем посте: в "Кровавом деле" тоже одна из сцен происходит в этом же театре. Играют "Сержа Панина" Жоржа Онэ. Ну и, напоследок, несколько цитат из книги: – Есть люди, <...> у которых сердце похоже на публичную карету: одна женщина в него входит, другая выходит, все места всегда заняты! Самый честный поселянин смутно боится закона — без сомнения потому, что он его плохо знает, а в неизвестном всегда кроется нечто страшное Трус, который думает, что он в опасности, очень опасен Влюбленный всегда расположен к беспрекословному повиновению, именно это и является одним из самых ярких симптомов той пагубной болезни, которая зовется любовью. Большое спасибо всем кто прикладывает руку к изданию раритетов! Тем кто разыскивает тексты, убеждает издателей! Здоровья Вам!

Admin: Уважаемый Beautiful cat, спасибо, за интересные впечатления и наблюдения! По случаю вернулся к давнему разговору с Вами о некоторых литературных разговорах Монтепена с читателями. Про Бальзака выброшен кусок в "Сыщике-убийце", надеюсь он есть в глобусовском "Фиакре № 13". В дореволюционном издании он, насколько я помню, был в начале или в самом конце одной из глав. Несколько абзацев. http://adventures.unoforum.pro/?1-3-0-00000006-000-10001-0#018.001.001.001.001.001.001.001 Уточнил: В "Фиакре № 13" в конце 13 главы 1 части "Абель и Берта" после фразы : "Это положительно он, - сказал себе агент. - И, если следователь не дурак, то мы сегодня же вечером получим его адрес" - в оригинале есть продолжение. Сама по себе русская 13 глава из издания "Остожья" это... конец французской 61 главы 1 части. Там есть еще небольшой пассаж, где Монтепен упоминает о том, что мэтр современного романа, великий Бальзак, уже давал описание тюрьмы Консьержери и лабиринтов Дворца Правосудия в двух своих бессмертных романах "Блеск и нищета куртизанок" и "Последнее воплощение Вотрена" (т.е. в последней, как помнится, 4-й, части все тех же "Куртизанок" - пишу по памяти; части этого романа выходили первоначально порознь). Поэтому, сам Монтепен, чтобы не повторяться вслед за мэтром ("мы перенаправляем своих читателей к Бальзаку"), дает лишь некоторые небольшие уточнения.

Admin: Пара пространных цитат из нашего классика: В.Г. Короленко История моего современника* — Теперь, господа, отдохнем. Я вам говорил уже, что значит мыслить понятиями. А вот сейчас вы услышите, как иные люди мыслят и объясняют самые сложные явления образами. Вы знаете уже Тургенева? К стыду нашему, Тургенева многие знали только по имени. Книгами мы пользовались или за умеренную плату у любителя-еврея, снабжавшего нас истрепанными романами Дюма, Монтепена и Габорио**, или из гимназической библиотеки. Раз в неделю мы вваливались под вечер в темные гулкие коридоры, казавшиеся таинственными и незнакомыми при сомнительном свете сального огарка, который нес впереди Андриевский, и поднимались по лестницам, обмениваясь с добродушным словесником шутками и остротами. Каждый раз он долго подбирал ключ к замку библиотечной двери, потом звонко щелкал и открывал вход в большую комнату, уставленную по стенам огромными шкафами. Содержимое шкафов было чрезвычайно скудно: тут были преимущественно душеспасительные поучения, «Воскресный досуг», почему-то еще «Солдатское чтение» и «Всемирный путешественник». Мы роптали, а Андриевский отшучивался, порой очень остроумно, возбуждая общий хохот. В конце концов приходилось все-таки просить для чтения путешествие Ливингстона, за ним путешествие Кука, затем путешествие Араго, путешествие Беккера-паши. Раз я принес домой даже путешествие на Афон. Кажется, это были «Письма Святогорца», из которых, впрочем, несмотря на тогдашнее мое религиозное настроение, я запомнил только одно красивое описание бури и восхищение автора перед тем, как святитель Николай заушил на соборе еретика Ария. Святогорец стоит перед иконой, изображающей этот сильный аргумент богословской полемики, и ему чудится, что «отзвук святительского заушения еще носится под сводами безмолвного храма»… Как бы то ни было, но даже я, читавший сравнительно много, хотя беспорядочно и случайно, знавший уже «Трех мушкетеров», «Графа Монте-Кристо» и даже «Вечного Жида» Евгения Сю, — Гоголя, Тургенева, Достоевского, Гончарова и Писемского знал лишь по некоторым, случайно попадавшимся рассказам. Мое чтение того времени было просто развлечением и приучало смотреть на беллетристику как на занимательные описания того, чего, в сущности, не бывает. Порой я прикидывал поступки и разговоры книжных героев к условиям окружавшей меня жизни и находил, что никто и никогда так не говорит и не поступает. Светлым пятнышком выступало воспоминание о «Фоме из Сандомира» и еще двух-трех произведениях польских писателей, прочитанных ранее. Это было ближе к жизни. Где-то, может быть, недалеко и не очень давно, люди могли так говорить и поступать, но все-таки теперь не говорят и не поступают… Помню, в один светлый осенний вечер я шел по тихой Тополевой улице и свернул через пустырь в узенький переулок. Улица была в тени, но за огородами, между двумя черными крышами, поднималась луна, и на ней резко обрисовывались черные ветки дерева, уже обнаженного от листьев. Я остановился, невольно пораженный красивой простотой этого несложного пейзажа. Я любил рисовать, ограничиваясь рабским копированием, но теперь мне страстно хотелось передать эту картину вот так же просто, с ровной темнотой этих крыш, кольями плетня, врезавшимися в посветлевшее от месяца небо, со всей глубиной влажных теней, в которых чувствуется так много утонувших во тьме предметов, чувствуется даже недавно выпавший дождь… Потом мысль моя перешла к книгам, и мне пришла в голову идея: что, если бы описать просто мальчика, вроде меня, жившего сначала в Житомире, потом переехавшего вот сюда, в Ровно; описать все, что он чувствовал, описать людей, которые его окружали, и даже вот эту минуту, когда он стоит на пустой улице и меряет свой теперешний духовный рост со своим прошлым и настоящим. Вот в этой слитой влажной тьме, беспорядочно усеянной огоньками, за этими светящимися окошками живут люди. Теперь они пьют чай или ужинают, разговаривают, ссорятся, смеются. И никогда они не оглядываются на себя и на природу, никогда не примеривают своего я ко всему, что их окружает. Быть может, во всем городе я один стою вот здесь, вглядываясь в эти огни и тени, один думаю о них, один желал бы изобразить и эту природу, и этих людей так, чтобы все было правда и чтобы каждый нашел здесь свое место. Не этими словами, но думал я именно это. И во мне было немного гордости и много неудовлетворения. Я только думал, что можно бы изобразить все в той простоте и правде, как я теперь это вижу, и что история мальчика, подобного мне, и людей, его окружающих, могла бы быть интереснее и умнее графа Монте-Кристо. ------------- *К созданию своей итоговой книги Короленко приступил в июле-августе 1905 г. и работал над ней (со значительными перерывами) почти до самой смерти в 1921 г. **Монтепен — К. де Монтепен (1823–1902), французский писатель, автор многочисленных романов со сложной интригой, убийствами и эротическими сценами; Габорио — Э. Габорио (1832–1873), французский писатель, один из родоначальников детективного жанра. (В.Г. Короленко. История моего современника. Книга 1, часть 5, гл. XXVII) В.Г. Короленко Единство кабинета или Тайны министерства внутренних дел* Сенсационный уголовно-политический роман Уже по заглавию читатель видит, что роман плохой и едва ли заслуживает библиографического отзыва, так как кто же станет серьезно разбирать лубочные произведения? Это совершенно справедливо, и мы, конечно, не стали бы занимать внимание читателя разбором этой плохой стряпни, если бы… это было только произведение лубочной литературы, а не реальное явление лубочной политики. Не так давно в газетах появилась первая глава этого плохого романа. Завязка, совершенно во вкусе Габорио или Монтепэна**, состояла в том, что однажды граф Витте с одним из своих чиновников, проходя под покровом ночи мимо охранного отделения, услышал странный глухой шум. Заинтересованный этим шумом, граф вошел в отделение и там… застиг шайку охранных черносотенников, печатавших при трепетном свете керосиновых ламп хулиганские прокламации… Продолжение следует… Продолжения, однако, не последовало, а последовало, как и нужно было ожидать, категорическое опровержение: граф Витте ночью мимо охранного отделения не ходил, глухого шума не слышал, в помещение не входил, черносотенную шайку за печатанием хулиганских прокламаций не застигал… И значит, как все плохие романы, и это начало охранно-уголовного романа оказалось нимало не похожим на действительность. ------- *Статья впервые напечатана в первой книге журнала «Современность», март 1906 года, за подписью W. **Эмиль Габорио (1835–1873) — создатель жанра уголовно-сыщического романа во французской литературе. Ксавье Монтепэн (род. в 1824 г.) — весьма плодовитый французский писатель, произведения которого представляли смесь мелодрамы со скабрезным описанием парижских вертепов и изображением всяких ужасов, убийств, отравлений и т. п.

Beautiful cat: Admin пишет: В "Фиакре № 13" в конце 13 главы 1 части "Абель и Берта" после фразы : "Это положительно он, - сказал себе агент. - И, если следователь не дурак, то мы сегодня же вечером получим его адрес" - в оригинале есть продолжение. Сравнил с изданием "Глобуса". Здесь этот абзац тоже конец 13-й главы первой части, фрагмент о Бальзаке также выброшен, но авторского текста на абзац больше. Приведу полный текст последних абзацев из харьковского издания. Вырезанный из "Остожья" кусок выделен жирным шрифтом. Также привожу полный диалог со всеми выкинутыми или измененными словами. Перечеркнутые - это остожские, выделенные - глобусовские. Положив эту короткую записку в конверт, он вышел из префектуры и подозвал первого попавшегося посыльного комиссионера. — Отнесите вот это, - сказал он. - Куда? - На улицу Святого Доминика. Передайте это письмо швейцару отеля, попросив его сейчас же отдать его передать письмо герцогу. Вот вам тридцать су. Посыльный Комиссионер поспешно ушел. «Теперь надо хорошенько за всеми наблюдать», — подумал Тефер. Он знал, когда приезжают кареты с подсудимыми, и за пять минут до этого часа отправился во двор, где они останавливались останавливаются. Подсудимых провели в так называемые "мышеловки", где они ожидали своей очереди к следователю. Прождав минут двадцать, Тефер имел удовольствие видеть, как мимо него прошел механик. «Это положительно наверняка он, — сказал себе агент. — И, если следователь не дурак, то мы сегодня же вечером получим его адрес». В ту эпоху, когда происходило описываемое нами событие, "мышеловки" состояли из трех больших мрачных и холодных комнат со сводами с каменными скамейками под стенами, освещающиеся окнами с решетками, начинавшимися на три метра от пола. Подсудимые могли курить, есть и пить, конечно, за свои деньги, поэтому случалось, что некоторые возвращались в тюрьму совершенно пьяными.

Admin: Да, "бальзаковский" пассаж как раз идет перед абзацем про мышеловку (это и есть дополнение к Бальзаку от Монтепена). Мышеловка от "Глобуса" чуть подсокращена - отсутствует 2 (1,5) предложения. В дореволюционном издании, которое я очень давно просматривал, "Бальзак" был. Современные редакторы активно перестарались.

Beautiful cat: Admin пишет: Современные редакторы активно перестарались. Но, кстати, в защиту остожьевского варианта хочу сказать, что они хоть и вырезали очень много авторского текста, но исправили стилистические шероховатости переводчиков. Вы только посмотрите на этот абзац о "мышеловках"! Это же кошмар! Смысл описания каменных сводов доходит после пятого перепрочтения.



полная версия страницы