Форум » Авантюрные романы-фельетоны и серии выпусков + Обзор ПЛ разных стран » Русский приключенческий роман » Ответить

Русский приключенческий роман

Gennady: Наверное, есть смысл поговорить и о русском авантюрном романе, который сто с лишним лет назад заявил о себе в разных жанрах: детективе, разбойничьем романе, романе "дна", военном и судебном романе, экзотическом и прочих его видах. Это и Лавров, и Животов, и Раскатов, о котором уже шла речь в предварительных постах, и Пазухин и многие другие. Отрадно то, что и ныне традиции такого русского романа продолжаются Михаилом Поповым, Богданом Сушинским. Имя авторам-легион. Иное дело, что не все пишут одинаково. Кто лучше, кто хуже. Однако, жив курилка. И это, я думаю, главное.

Ответов - 301, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 All

geklov: ffzm, СПАСИБО! А ещё какой-нибудь информации о Михаиле Дмитириевиче у Вас нет? Очень заинтересовал меня сей автор. Если верить Википедии, весьма интересный человек был. Но так о нём мало информации...

ffzm: geklov пишет: Очень заинтересовал меня сей автор. Если верить Википедии, весьма интересный человек был. Но так о нём мало информации Сам узнал о нем не так давно, тоже пытался найти побольше информации, но ничего стоящего не нашел.

geklov: Понятненько... Но всё одно СПАСИБО! А там как в песне поётся: Кто ищет, тот всегда найдёт!!!


ffzm: geklov пишет: Кто ищет, тот всегда найдёт Конечно найдем, все это дело времени.

Admin: geklov пишет в теме Карл Май (1842-1912) http://adventures.unoforum.ru/?1-3-0-00000018-000-0-0-1363640635 : А читал Иосиф Виссарионович много. И надо полагать, вдумчиво. Вот к примеру статья из Википедии "Круг чтения Сталина": http://ru.wikipedia.org/wiki/%CA%F0%F3%E3_%F7%F2%E5%ED%E8%FF_%D1%F2%E0%EB%E8%ED%E0 Спасибо, Geklov! Ознакомился с интересом, который в процессе чтения только нарастал. Несколько цитат из этой статьи. По мнению английского историка Саймона Монтефиоре, изучавшего личную библиотеку и круг чтения Сталина, он много времени проводил за книгами, на полях которых остались его пометки, «Его вкусы были эклектичными: Мопассан, Уайльд, Гоголь, Гете, а также Золя, которого он обожал. Ему нравилась поэзия. (…) Сталин был эрудированным человеком. Он цитировал длинные куски из Библии, трудов Бисмарка, произведений Чехова. Он восхищался Достоевским». Как же это он Достоевского читал? С холодным носом? А про "слезинку ребенка" как-то пролистнулось? Рой Медведев отмечает, что Сталин читал много, и разносторонне, от художественной литературы до научно-популярной. В статье историк приводит слова Сталина о чтении: «Это моя дневная норма — страниц 500»; таким образом, Сталин читал по несколько книг в день и около тысячи книг в год. Фигасе! Это что ж за компьютер такой?! Помню был фильм "Короткое замыкание". Так там робот листал книги "веером" и сразу их читал, выкрикивая "Ещё информации!" В довоенное время основное внимание Сталин уделяет историческим и военно-техническим книгам, после войны переходит к чтению трудов политического направления, типа «Истории дипломатии», биографии Талейрана. Похоже, и впрямь, не равнодушен был к истории наш вождь Стальной Джо, только скорее не в разделе беллетристики. Просто та бабка из ООО "ОБС" была маленько недослышамши. Дональд Рейфилд даже предположил, что «его странное поведение в начале войны можно приписать тому, что он слишком много времени уделял чтению, книгам, и не обращал внимания на планы Гитлера». Ага, зачитался в 41-м. Жесткая дудукция. Уж не на Бейкер-ли-стрит проживает этот мистер Рейфилд? Чего-же такое читал Отец народов? К нему, значит, с депешей, а он "Да погодите вы! Тут Миледи на веревочной лестнице с Фельтоном болтается и... Ай, да что б вы понимали! Не до вас мне сейчас, не до вас! Потом, сказал же, всё по-том!"

Gennady: Я неоднократно читал, что Сталин любил литературу приключений. Не знаю так ли это. Если не так, с чего бы довольно хитроумный Василевский подряжал на работу Штильмарка? К сожалению, не помню где именно, но определенно где-то видел следующее: Карл Маркс в юности написал едва ли не пиратский роман, об этом прознал Сталин и искал возмоности с этим романом ознакомиться. Я, собственно, на этом факте и построил свою попытку написать сценарий "Наследника из Калькутты". Но в википедийной статье о таких пристрастиях Сталина -ни слова. Потому что неловко, что такого толка человек мог интересоваться несерьезным направлением в литературе?

Admin: Вот-вот, могло ведь быть и банальное ОБС. Поищите, уважаемый Геннадий, источник, где вы это прочитали? И кто еще это подтверждал? А то и с Куприным непонятно, писал ли он Пинкертона или все это байки его приятелей, быть может чего-то недопонявших с его слов на рыбалке у костра? А мы теперь мучаемся, а подтверждения найти не можем. Если "Гриншор" по языку и стилю до Куприна недотягивает, как и многие (если не все) "пинкертоны", то возможно это просто легенда, оброненная где-то в кулуарах очередным сыном лейтенанта Шмидта или просто человеком слишком увлеченным, выдающим желаемое за действительное (от этого никто не застрахован). Быть может была задумка и даже попытка, но на самом деле не состоялось. Или речь шло о чем-то другом, просто неверная трактовка информации, "которую перепечатали другие СМИ". В статье Роберта Штильмарка туманно сказано об интересе Сталина к историческим романам. На википедии упор сделан на исторический нонфикшн (защита Тарле!) и мемуары. А что за роман про пиратов у Маркса? Маркс - это же Маркс, тут понятно, напиши он хоть брошюру про фломастеры на Сахалине, Сталин, наверняка и с ней бы ознакомился. Потому как классику марксизма-ленинизма нужно знать всю без исключений. А вдруг там дельная мыслишка заложена?! А что? "Корсары Ивана Грозного", "Корсары Маркса", "Корсары Сталина". Вполне закономерное продолжение темы могло бы быть. Если бы он этот роман нашел...

Gennady: Классику марксизма-ленинизма знаю всю без исключений. Многое наизусть. Во времена моей юности иначе было нельзя. К тому же, многое мне было просто очень интересно. По-моему, в "Критике Готской программы" Маркс и Эмгельс выказывают немалый интерес к Эжену Сю и другим авторам.

Admin: Имеете ввиду работу "Святое семейство", построенную на материале "Парижских тайн"? По этому опусу, в свое время, знакомился с сюжетом и героями Сю. Естественно, все комментарии Маркса по-боку (не мое), главное - Сю и его фабула. Благо, потом этот роман очень достойно перевели, читал взахлеб.

Антон: Admin пишет: то возможно это просто легенда, оброненная где-то в кулуарах очередным сыном лейтенанта Шмидта или просто человеком слишком увлеченным, выдающим желаемое за действительное (от этого никто не застрахован). Легенда. Я ж уже написал, что с источником я пообщался.

Admin: Антон пишет: Легенда. Я ж уже написал, что с источником я пообщался. Именно на это я и намекаю. Читал Ваш пост. Но есть ведь еще статья Л. Капитолинской, о которой писал geklov и "утверждение авторитетных московских библиофилов" Кстати, как прошло общение с Борисовым и откуда у него информация о Куприне и Пинкертоне?

Антон: Admin пишет: Но есть ведь еще статья Л. Капитолинской, о которой писал geklov и "утверждение авторитетных московских библиофилов" Вот об этом я и написал. Борисовскую фантазию о гимназистах, писавших Пинкертона я уже давно не рассматриваю как источник. (Как, впрочем, и Корнейчукские страдания о НПvsФД). А тут прочитал, заволновался - ибо оригинальной обложки у меня не было. Полез копаться в каталогах, нашёл, успокоился. Ну и с автором пообщался И даже вспомнил, что мне эту легенду автор рассказывал уже несколько лет назад.

Admin: В Гостиной открыл тему Приключенческая литература - что это? http://adventures.unoforum.ru/?1-13-0-00000004-000-0-0-1363684017 Пишите на эту тему теперь туда. А здесь - только о русских авторах. Часть постов перемещу.

geklov: Хорошо!!!

1.66: Вот еще один русский латиноамериканец, на этот раз более известный чем Бойков. Из Википедии: Михаил Дмитриевич Каратеев, князь Карачевский (6 февраля 1904, Фрайберг (Саксония), Германия — 24 октября 1978, Монтевидео, Уругвай) — русский историк и писатель, работавший в жанрах «романизированной истории» и документальной прозы; эмигрант первой волны. Важную часть его творчества составляют исторические романы о малоизученных страницах русской и центральноевразийской истории ордынской эпохи, службе и участии в общественной жизни Монгольской империи и Золотой Орды князей и простых людей русского происхождения, становлении современной русской государственности при непосредственном участии этих русских "ордынцев". По материнской линии — потомок В. А. Жуковского, по отцовской — родственник братьям Киреевским. Окончил Петровско-полтавский кадетский корпус. Участник Гражданской войны, имел три ранения. Кавалер Георгиевского креста. В 1920 году с войсками генерала Врангеля эвакуировался в Константинополь, затем перебрался в Югославию. Окончил Крымский кадетский корпус (в который в Югославии вошёл Полтавский кадетский корпус). В Болгарии окончил Сергиевское артиллерийское училище с производством в подпоручики по конной артиллерии. В 1924 году учился в Белградском университете. Закончил высшее образование в Бельгии в 1929—1933 с дипломом инженера-химика. Защитил диссертацию на степень доктора химических наук. В Бельгии служил ротным командиром военно-училищных курсов, организованных по инициативе генерала Врангеля. Получил чин штабс-капитана. В Южную Америку попал с первыми группами русских переселенцев из Европы. Жил в Уругвае, занимаясь литературной работой. Много публиковался в «Новом русском слове». Известен своими историческими романами из серии «Русь и Орда», а также романами из жизни русских эмигрантов на Балканах и в Парагвае. В своих романах прослеживает историю кн. Карачевских. Однако постановка в историческом плане намного шире: описана борьба Москвы с Тверью, Литвой и монголо-татарским игом, причём по ряду вопросов точка зрения М.Каратеева противоположна той, которая представлена в цикле Д.Балашова "Государи московские" Цикл «Русь и Орда» Ярлык великого хана (1958) Карач-Мурза (Тверь против Москвы) (1962) Богатыри проснулись (1963) Железный хромец (1967) Возвращение (1967) Другие произведения Из нашего прошлого (1968) Арабески истории (1971) По следам конквистадоров (1972) Белогвардейцы на Балканах (1977) Русские в Парагвае Вот ссылка на портрет Каратеева http://shot.qip.ru/00c4jX-16Ox4CeSH/ . Вот два отзыва с Флибусты о произведениях Каратеева: - книга читается на одном дыхании, содержит много интересных малоизвестных фактов истории, ценные сноски; исторические отступления не выглядят скучными, что достаточно редко бывает в подобных книгах; советую прочитать всем, кто интересуется историей народов, живущих на бескрайних просторах нашей страны, и просто людям, провышающим свой интеллектуальный уровень; - книга произвела хорошее впечатление, читалась легко. Немного смущало некоторая патриотичность автора когда в думы главных героев вкладывались мысли слишком уж пафосные. Также читая эту книгу хорошо бы иметь уже некоторое представление о истории Руси, понимать кто такие князья московские, что за люди князья тверские в чём их противостояние. Зато как раз в этой книге хорошо расказывается об Орде, её жизни, сложностях. В книге ведётся рассказ о князьях мало известных , но на их судьбе отразилась история всей Руси. Я не скажу что книга эта шедевр, но прочитать советую. Времени на неё потраченного было не жалко, причём автор претендует на историческую достоверность событий, что тоже является несомненным плюсом. Так что если увидите книгу в продаже покупайте , за выходные дни успеете прочитать! От себя: в Википедии ошибка - романами являются только произведения из цикла "Русь и Орда", остальные это документальные произведения. Последний раз в России цикл "Русь и Орда" издавался в 2009г, но тиражом 1500-2500 экземпляров.

geklov: 1.66, СПАСИБО! Вот только мне думается, что М. Д. Каратаев всё-таки ближе к исторической прозе, нежели к приключенческой (или историко-приключенческой). Ближе к таким авторам, как Д. М. Балашов и С. П. Бородин, а не к таким, как, допустим, Р. З. Святополк-Мирский (белорусский писатель, достойный наследник традиции А. Дюма) и А. Брусникин (ещё один псевдоним Г. Ш. Чхартишвили). Но это моё сугубо субъективное мнение. С ним вовсе не обязательно соглашаться

1.66: Правильно его фамилия пишется не Каратаев, а Каратеев. Истории без приключений не бывает, иначе бы это была не история. ЕМНИП Марк Блок в "Апологии истории" (но голову на отрез давать не буду) писал, что история при всей своей бесполезности, хотя бы развлекает. История 14 века Руси и Орды это котел войн и смут, уж одна только "Великая замятня" в Орде чего стоит - четверть века сплошных интриг, заговоров, дворцовых переворотов и гражданских войн (ну как тут не вспомнить Высоцкого - "А в кипящих котлах прежних войн и смут, столько пищи для маленьких наших мозгов").

geklov: Многоуважаемый 1.66, опять нет оснований с Вами не согласиться! Извиняюсь за оЧепятку (а может и просто нелепую ошибку ). Конечно же, КАРАТЕЕВ! И конечно же, как Вы верно заметили: истории без приключений не бывает! Как я зачитывался в детстве книгами Л.Воронковой об Александре Македонском, сочинениями В. Яна о монголах, романамиВ. Ианова о Древней Руси!!! Ах!!! Но всё-таки я немного различаю исторические романы Балашова, Бородина, Сергеева-Ценского, Степанова, Шишкова, Тынянова от историко-авантюрных книг Н. Соротокиной, Брусникина-Акунина-Чхартишвили, Святополк-Мирского, В. Малика (украинский письменник, но всё одно НАШ! Его тетралогия "Тайный посол" - великолепный образчик историко-приключенческого романа, достойный ответ Г. Сенкевичу), А. Бушкова, Ю. Никитина (с его циклом "Гиперборея" и романом "Золотая шпага").... Но своё мнение и видение нисколько не навязываю. А Высоцкого грех не вспомнить: Если путь прорубая отцовским мечом, Ты соленые слезы на ус намотал, Если в жарком бою испытал, что почем, Значит, нужные книги ты в детстве читал. Значит все-таки ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА - НУЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА!!!!! PS: Ну, что история уж точно никого ничему не учит, спорить не буду . Но хоть развлекает

1.66: А у меня любимым произведением Л.Воронковой были "Мессенские войны" о завоевании Спартой соседней области Греции Мессении и о попытках мессенцев вернуть независимость. Читал это произведение в журнале "Пионер" - первая публикация произведения.

geklov: А ещё помнится у Воронковой "След огненной жизни" есть. И "Герой Саламина". У меня все три произведения в одном томе...

1.66: Придерживаюсь возникшего впоследние дни обычая писать каждый день об одном авторе русской приключенческой литературы. Валерий Иоильевич Язви́цкий (12(25) января 1883 – 21 октября 1957) — русский советский драматург, поэт и писатель, автор научно-популярных, политических, исторических и научно-фантастических книг. Советский драматург, поэт и писатель, автор научно-популярных, политических, исторических и научно-фантастических книг. Вот ссылка на портрет: http://shot.qip.ru/00c4jX-36Ox4CeTh/ . Родился в с. Орлов-Гай Новоузенского уезда Самарской губернии (ныне Ершовский р-н Саратовской обл.) в многодетной семье земского доктора. Его отец, Иоиль Иванович, не имел возможности помогать сыну, которого потянуло в город учиться, хотя приветствовал такое рвение отпрыска: «Отец был передовым человеком своего времени, борцом за всякие новшества: то он вводил горячие бесплатные завтраки в школе, то организовывал общества трезвости в селах и деревнях, то добивался улучшения питания и ассортимента лечебных средств для больных в земских больницах. Администрация земских управ не очень-то приветствовала все эти заботы о населении со стороны своего врача, потому возникали всякого рода споры, трения, и Иоиль Иванович уезжал в другую губернию, надеясь в другом месте найти себе единомышленников. По поводу всех этих вопросов у Иоиля Ивановича была переписка с Л. Н. Толстым». Как отец, так и мать Мария Васильевна, сама родом с Украины, привили сыну самые добрые и светлые чувства, в доме царила раскованная и непринужденная атмосфера, хотя при этом нрав молодого юноши отличался энергичностью и необузданной фантазией. Его исключают сначала из Пензенской гимназии – за сожжение в полночь на крыше гимназического здания огромной «римской свечи», с грохотом разбросавшей по небу разноцветные звезды и переполошившей весь город, а потом и из Саратовской – за организацию «побега в Америку» с подарками для «краснокожих братьев». В итоге Валерий оказывается во Второй казанской гимназии, где у него неожиданно просыпается тяга к литературе. В 1903 году он написал пьесу о жизни татарской женщины «Болезнь духа», поставленной в том же году Казанским городским театром во время гастролей В. Ф. Комиссаржевской. О литературном достоинстве пьесы можно хотя бы тем фактом, что по случаю успеха юного дарования в Казани выпустили… почтовую марку с изображением новоявленного драматурга! Но литература как раз и начала мешать учебе, его вновь, вот уже третий раз, чуть не исключили из гимназии, но все же благодаря ходатайству городской думы он сдал экзамены на аттестат зрелости. Казалось бы такое «влечение» к учебному процессу, навсегда отобьет охоту к учебным заведениям, но вскоре Валерий Иоильевич поступает на историко-филологический факультет Казанского университета. Это оказалось для него настоящей школой жизни: кроме основного курса он слушает курс физики, историю права, берет уроки рисования, даже занимается революционной работой в РСДРП, и продолжает заниматься писательством. Чтобы заработать себе денег, начинает работать секретарем в газете «Волжский листок», где печатаются его стихи и рассказы. Вторая его пьеса «Отпетый», рассказывающая о студенческой жизни, была в итоге запрещена цензурой к постановке. А через год последовал тюремный срок и административная ссылка в отдаленные пункты Российской империи (в город Мезень) за участие в восстаниях и баррикадах неспокойного 1905 года. Там он венчается со совей двоюродной сестрой Варварой Алексеевной Лапковой, которая последовала за ним в ссылку. Но даже и там Валерий Иоильевич проявляет свой неспокойный характер: издает газету «Мезенский рабочий», принимает участие в спектаклях местного любительского театра, работает на лесопильном заводе и, вновь участвует в революционных и политических событиях. За организацию забастовки на заводе, его решением суда высылают на отдаленный остров Моржовец в Белом море, но Язвицкий скрывается от полиции, а вскоре при помощи друзей и родных по поддельным документам отправляется за границу. В Женеве в первый же день он повстречал старого знакомого, который привел его на квартиру к В. И. Ленину, в которой молодому эмигранту пришлось поначалу жить. Он поступает на второй курс естественного факультета местного университета, а также параллельно на курсы французского языка. А еще пишет стихи и прозу, играет в любительских спектаклях женевского клуба политэмигрантов, с головой окунается в политическую жизнь, выступает с докладами вместе с А. Троцким, А. Богдановым, Г. Алексинским, А. Луначарским. До 1910 года, когда он оканчивает университет, Язвицкий умудряется стать признанным литератором, публикации которого пестрят на страницах столичных газет и журналов, хотя сам себя он считает в первую очередь ученым. В 1910 году он отправляется в Болгарию, где работает в биологической лаборатории русского профессора Порфирия Ивановича Бахметьева, который в то время занимался проблемами анабиоза насекомых и животных. И разработка этой новаторской темы в будущем отчетливо будет прослеживаться в фантастических произведениях В. И. Язвицкого. В 1912 году В. И. Язвицкий, утративший свой былой «баррикадный» энтузиазм, пересмотрел свои политические взгляды и вышел из РСДРП. И, кстати, более никогда и ни в какие партии не вступал. Его популярность очень быстро растет. Он становится собственным корреспондентом газет «Русские ведомости» и «Утро России» в Болгарии, а после начала первой мировой войны – в Румынии и Сербии. Пишет этнографический и искусствоведческие статьи; к пушкинскому юбилею готовит историческое исследование «Кто был Кирджали?», за которое избирается действительным членом Российской академии наук. В 1914 году едет на фронт в качестве военного корреспондента, много пишет, встречается с солдатами, а публикация серии его статей «В сербских окопах» взволновала читателей России своей откровенностью и реализмом большой трагедии человечества. Его романы, повести и пьесы того времени проникнуты как раз событиями, происходящими в мире, подвергнутом Большой войне. Кинодрама Язвицкого «В хороводе жизни» была включена в «Золотую серию» киножурнала «Пегас», и А. А. Ханжонков снял по ней фильм. Вернуться на родину писателю помогла революция. С 1917 года он работает в Наркомпросе, занимаясь популяризацией научных знаний, издает многочисленные научно-популярные брошюры: «Земная кора и ее история», «История кусочка сахара», «История человеческого жилища», «Как люди научились писать, читать и печатать книги», «Чугун, железо, сталь» и другие. В 1922 году предпринял попытку издать ежемесячный литературно-художественный и научно-популярный журнал «Жизнь», но вышло в свет всего лишь три номера. В 1930-31 годах принимал участие в издании 3-х томного издания «Жизнь животных по А. Э. Брему» (написал для первого тома один раздел и полностью составил 2-й том). Написал два исторических романа: «Непобежденный пленник» (1933) (об Ипполите Мышкине, народовольце, сподвижнике Чернышевского) и «Сквозь дым костров» (1943) (о Франции и Испании XVIII века). Во время Великой отечественной войны писатель оставался в Москве. Служил начальником ПВО одной из зон столицы, и как раз в это время у него зародилось главное произведение его жизни – одна из первых советских эпопей на тему истории России – «Иван III – государь всея Руси», изданная частями в 1946-55 годах. Роман воссоздает эпоху правления Ивана III (1440-1505), при котором сложилось ядро единого Российского государства в результате внутренней политики воссоединения древнерусских княжеских городов Ярославля, Новгорода, Твери, Вятки и др. Одновременно с укреплением Руси изнутри возрос ее международный авторитет на Западе и Востоке. Последнюю книгу Валерий Иоильевич, перенесший инсульт и практически потерявший возможность двигаться, уже диктовал секретарю. Эта эпопея была закончена в 1955 году и опубликована издательством «Художественная литература». Валерий Иоильевич Язвицкий умер в Москве в 1957 году и похоронен в 114 колумбарии Новодевичьего кладбища (старая территория). К фантастике, по большому счету, Валерий Иоильевич обратился в начале 1920-х годов, когда тяга к популяризации знаний в духе «научного атеизма» приводит его к созданию романа «Побежденные боги» (1924), посвященному одной из «затерянных» цивилизаций. Хотя, истины ради, надо сказать, что еще в 1908 году в Женеве он опубликовал свой фантастический памфлет «Новая зимняя сказка», а в 1914 году написал трагедию под названием «Храм Солнца», сюжет которой разворачивается в фантастической стране, напоминающей Индию, и рассказывает о борьбе различных каст за место под солнцем (кстати, эта пьеса пользовалась в то время большим успехом, постановка которой даже была осуществлена в Нью-Йорке на Бродвее). Или, например, в начале 1920-х годов в московской Мастерской коммунистической драматургии была поставлена одноактная пьеса Валерия Язвицкого «Кто виноват?» («Разруха»), где главным действующим лицом был фантастический персонаж – древняя скрюченная старуха в лохмотьях по имени Разруха, мешающая жить семье свободного пролетария. Последующие фантастические повести и рассказы В. И. Язвицкого в основном иллюстрировали основные физические законы, космические полеты, а повесть «Остров Тасмир» (1927) представляет читателям еще один затерянные мир на карте нашей планеты. Фантастические произведения Язвицкого в отличие от его исторических книг, которые издаются по сей день, так и остались всего лишь историей советской фантастики. Написанные в духе своего времени, когда любое изобретение, помещенное автором в вымышленный антураж, становилось фантастическим произведением, зовущим к новым трудовым победам, «Аппарат Джона Инглиса» или «Путешествие на Луну и на Марс» сейчас рассматриваются как наивные и низкопробные поделки. Интересна в этом контексте рецензия на фантастический роман «Побежденные боги», опубликованная в 1924 году: «Роман довольно объемист, но писать о нем надо кратко, т. к. он – «по ту сторону литературы». Проще говоря, это откровенная макулатура. Передавать содержание романа – «сна» «молодого русского ученого Пьера Сорокина», заболевшего «лихорадочной желтухой» во время разборки коллекции, и увидевшего, – в бреду, некую Бирнас, красавицу-туземку затерянной в глуби Африки страны и т.д. – не стоит. По фабуле сон этот банальнее кинофильма захолустного кинематографа, по форме – гимназичен, по идеологии, мягко говоря, бульварен...» В «Путешествии на Луну и на Марс» (1928) автор нам также представляет сон работника кооператива Петра Ивановича Гура, который вместе с приятелем совершает межпланетное путешествие на ракете, построенной по проекту К. Э. Циолковского… американским профессором университета! На Марсе они встречают тамошних аборигенов, похожих на больших лягушек, и вступают с ними в контакт. Свой рассказ автор снабдил также приложением, в котором изложил теорию космического полета. Кстати, изложил довольно грамотно, так что получается, что забытый теперь фантастический рассказ был написан как раз для «обрамления» популяризаторской космической теории. В рассказе «Мексиканские молнии» (1930) обыгрывался сюжет с применением передачи энергии без проводов, а в рассказе «Аппарат Джона Инглиса» (1929) автор представил на суд зрителей наш мир, лишенный одной из основных физических величин – силы трения («Сам Джон Инглис не мог понять, как ему удалось сконструировать такое чудо... Иксофор работал вопреки всем известным законам природы, но факт оставался фактом – аппарат действовал»). Научная фантастика Валерия Язвицкий носила научно-популярный и познавательный характер, о чем автор видимо нисколько не сожалел, так как был, прежде всего, популяризатором науки: «Мы обычно не замечаем того, что нам знакомо с первых дней нашей сознательной жизни. Мы не удивляемся многим явлениям, не спрашиваем себя, почему они происходят так, а не иначе. Например, разве кому-нибудь приходит в голову вопрос, почему вещи, поставленные на стол, не скатываются и не падают? Мы не удивляемся, почему мы твердо стоим на земле, почему можем делать прыжки. Занимаясь гимнастикой, мы не задумываемся над тем, почему легко взбираемся вверх по гладкому шесту. Нам не приходит в голову спросить, почему завязанная узлом веревка не развязывается, если потянуть ее за концы, а наоборот, еще крепче завязывается...» Библиография фантастики В.И.Язвицкого: Отдельные издания Новая зимняя сказка: Политический памфлет в стихах. – Женева, 1908. – 8 с. (о) Храм Солнца: Трагедия в 4-х действиях. – М., 1921 Побежденные боги: Фантастический роман. – М.-Л.: Издательство Л. Д. Френкель [Напечатано в Ленинграде], 1924. – 108 с. Цена не указана. 4 000 экз. То же: Под названием «Гора Лунного духа: (Побежденные боги)»: Фантастический роман / Обложка Пшеничникова. – М.-Л.: Книга [Напечатано в Москве], 1927. – 128 с. 1 руб. 3 000 экз. Остров Тасмир: [Повесть] / Обложка И. Француза. – М.-Л.: Госиздат [Напечатано в Москве], 1927. – 230 с. – (Библиотека путешествий и приключений). 1 р. 10 к. 7 000 экз. Путешествие на Луну и на Марс: [Рассказ] / Обложка В.Г. – М.-Л.: Госиздат [Напечатано в Москве], 1928. – 78 с. 15 коп. 20 000 экз. Аппарат Джона Инглиса: [Рассказ] / Худ. П. Лузгин. – М.: Мол. гвардия, 1930. – 32 с. – (Библиотека научной фантастики; №3). 06 коп. 25 100 экз. Мексиканские молнии: [Рассказ] / Послесловие автора; Рис. М. Филипповича. – М.: Молодая гвардия, 1930. – 48 с. – (Библиотека научной фантастики; №3). 06 к. 25 100 экз. Воздушный колодец: Проект прибора для добывания воды из воздуха бельгийского инженера Кнапена. В беллетристической форме: [Рассказ] / Худ. Добросердов. – М.: Молодая гвардия, 1931. – 40 с. 20 коп. 25 000 экз. Живое кладбище: [Рассказ]. – М.: Молодая гвардия, 1931. – 24 с. 12 коп. 250 000 экз. Как это было: Научно-фантастические рассказы. – Воронеж: Областное книжное издательство, 1938. – 155 с. 4 руб. 10 200 экз. Воздушный колодец – с.3-29 Мексиканские молнии – с.30-45 Аппарат Джона Инглиса – с.46-62 Живое кладбище – с.69-76 Загадка Мауэрского озера – с. Полет на Луну и Марс – с. Аппарат Джона Инглиса: [Рассказы] / Послесловие автора; Рис. В. Ермолова; Оформл. К. Арцеулова. – М.-Л.: Детгиз [Напечатано в Москве], 1945. – 32 с. – (Библиотека научной фантастики и приключений). 2 руб. 50 000 экз. (о) Аппарат Джона Инглиса – с.3-15 Хранитель жизни – с.16-27 Публикации в периодике и сборниках Кошмар: [Рассказ] // Утро России, 1917, 24 декабря – с. Аппарат Джона Инглиса: Фантастический рассказ / Рис. В. Голицына // Знание – сила, 1929, №4 – с.92-96 Загадка Мауэрского озера: Рассказ // На суше и на море (Москва), 1929, №4 – с.1-3 То же: [Рассказ] / Рис. В. Александровского // Шалтай-Болтай, 2011, №1 – с.145-152 Мексиканские молнии: Научно-фантастический рассказ / Рис. А. Соколова // Знание – сила, 1930, №3 – с.105 Воздушный колодец: Научно-фантастический рассказ // Знание – сила, 1930, №8 – с.2-7; №9 – с.3-7 Путешествие на Луну и на Марс: Фантастический рассказ // Шалтай-Болтай, 2008, №3 – с.131-159. Библиография несколько устарела, вот последняя публикация фантастики В.И.Язвицкого в России, насколько мне известно: Валерий Язвицкий Побежденные боги Екатеринбург: Издательский дом «Тардис», 2010 г. Серия: Фантастический раритет Тираж: 1300 экз. ISBN: 5-17-026366-4 Тип обложки: мягкая + суперобложка Формат: 84x108/64 (100x125 мм) Страниц: 124 Сведения о писателе и библиография взяты отсюда (с отдельными моими дополнениями): http://archivsf.narod.ru/1883/valeriy_yazvicky/index.htm . Отдельные фантастические произведения В.И.Язвицкого можно скачать здесь: http://epizodsspace.no-ip.org/bibl/fantast26-30.html . «Иван III – государь всея Руси» есть на Флибусте.

geklov: 1.66, СПАСИБО! Поддержу Вас с авторами исторических романов (более "сурьёзными" нежели Брусникин ) Наш современник Андрей Воронов-Оренбургский. Родился в 1962 году. Окончил Уральский государственный университет (историко-филологический факультет). Отслужил в армии — в морской пехоте. В 1984 г. снял фильм «Я убийца» по мотивам книги американского писателя Ди Брауна «Схороните мое сердце у Вундед-Ни». Фильм был в свое время отмечен и зрителями, и профессионалами. В соавторстве с братом написал музыкальные спектакли «Денис Давыдов» (1985), «Заявление» (1986), «Морской Дьявол» (1987, по роману А. Беляева «Человек-амфибия»). Три года работал журналистом. С 1990 года автор историко-патриотических романов: Вышли в свет: «Когда оживают легенды» (1991) «Барабаны судьбы» (1993) «Голова Горгоны» (1994) «Форт Росс» (1995) «Рай под тенью сабель» (1997) «След Барса» (1998) «Дарго» (2000) Готовятся к изданию: «Пиковая Дама — Червонный Валет» (2002) «Дикое золото» (2004) «Охота на царя» (2005) «Ярое Око» (2006) «Андреевский флаг» (2007) В литературе автор отдает предпочтение военно-историческому роману — его герои служат верой и правдой Отечеству на просторах великой Российской империи и в любых других точках мира. Они там, куда их посылает Россия. Они там, где нужны их опыт, воля и острый клинок. Что главное в жизни? Автор убежден: сохранение культурного и духовного наследия России, ее армии и флота, без которых у нас нет будущего. Выдержки из статьи И. В. Бояшова "Автор и его романы": Русский писатель Андрей Воронов-Оренбургский — автор 12 исторических романов. Кругозор самого автора охватывает историю России от трагического лихолетья татаро-монгольского ига до неизвестных пока широкому кругу читателей событий самой долгой в судьбе Отечества Кавказской войны XIX века. Перелистывая страницы, не перестаешь удивляться неординарности фабулы, калейдоскопу изменчивых судеб, неожиданных взлетов и внезапных крушений... Книги Андрея Воронова-Оренбургского не отпускают читателя своими историческими тайнами, загадками и неожиданными открытиями от первой до последней страницы. К чести автора следует отметить, что его поле зрения несравненно шире и глубже, чем в расхожих ныне дешевых боевиках и гламурных «love stories». В произведениях А. Воронова-Оренбургского нет места примитивным суперменам или пустым смазливым кокоткам; сюжетная линия не ограничивается убогим героем-одиночкой, что выгодно отличает его романы от пошлой беллетристики, заполонившей наш читательский рынок. На страницах его исторических романов оживают разноликие уголки России, Англии, Франции, Польши, Соединенных Штатов с их своеобразным пейзажем, который играет огромную роль в проведении столь свойственной его творчеству мистической линии. Неприметные на первый взгляд, но очень точные реалии обстановки и быта, живые диалоги различных слоев населения, будь то Россия или, к примеру, Испания, доносят до нас неповторимое, подчас сентиментальное дыхание тех далеких, безвозвратно ушедших эпох. ...И вот перед нашим мысленным взором пронзительно голубое небо, ржавые налеты пыли на погонах, тяжелые седельные пистолеты и шпаги; благоухающий вином, перцем чили и свиной поджаркой типичный герой мексиканского пограничья. Он в своей таверне, и рядом — пестрые фигуры, словно сошедшие с пожелтевших страниц Стивенсона или Джека Лондона: цветастые платки на головах, обветренные, суровые лица в широкополых шляпах; дырявый плащ с выглядывающей рукояткой засунутого за пояс кинжала... Десятки лиц: их речь, велеречивая или грубая, словно удар воловьей плети, — все осязаемо и близко настолько, что чудится порой: протянешь руку и ощутишь холод и остроту гусарской шпоры или нагретый солнцем крестьянский плуг. Все эти особенности, несомненно, придают романам А. Воронова-Оренбургского большую убедительность и в целом ставят его творчество в один ряд с такими отечественными романистами и историками русского быта, как В. Гиляровский, А. Чапыгин, В. Шишков или Е. Федоров. Тем не менее следует помнить, что историко-приключенческие романы писателя — это не научные исследования, а яркие были, где автор крепко «дает шенкеля» своему художественному воображению; так, большинство действующих лиц в романах — плод фантазии, кое-где события умышленно сдвинуты во времени, чтобы сделать повествование более насыщенным и стремительным. Но при этом автор ни на минуту не забывает об исторических реалиях! Все 12 книг основываются на документальных исторических материалах таких научных авторитетов, как С. Соловьев, Ю. Аверкиева, В. Гуляев, Ю. Кнорозов, Р. Кинжалов, Брейхан, Эллисон и др. «Когда оживают легенды» Данный роман является одним из первых обращений в отечественной литературе к вестерну — поистине универсальному жанру, максимально вобравшему в себя национальный американский колорит, и в то же время понятному и доступному для восприятия любому жителю планеты. Предлагаемый роман решен в жанре исторического боевика: с крепким детективным стержнем, с таинственным флёром индейской мистики и лучших традиций классической мелодрамы. Пожалуй, более точно жанр данного произведения можно определить как вестерн с элементами мистического триллера. В основе произведения лежит трагическая судьба индейского народа; гибельное столкновение двух этносов, предрешенная всей мощью технократической цивилизации развязка. Автор опирается на достоверные исторические факты (в частности, на подлинные записки русского очевидца — американского солдата, служившего в знаменитом 7-м кавалерийском полку генерала Джорджа А. Кастера). События романа происходят в 60–70-е годы XIX века, когда правительству Соединенных Штатов серьезно приходилось считаться с теснимыми им индейскими племенами. Это была эпоха лебединой песни вымирающей расы. Роман: «Фатум» 1 том — «Барабаны судьбы» 2 том — «Голова Горгоны» 3 том — «Форт Росс» Русская Америка — такое горделивое название получили земли Северо-Запада Америки, открытые и освоенные русскими людьми. Русская Америка. Давно ли она стала такой, как сейчас? Было время, когда безусые лейтенанты во главе роты солдат присоединяли к империи целые континенты. Их предавали, обжитые ими земли распродавали подлецы в золоченых мундирах. Но когда русские офицеры слышали слово «приказ» — они лишь крепче стискивали зубы и начинали все с начала... В основе цикла романов «Фатум» лежит неизвестный исторический факт — подписание в 1812 г. в Великих Луках мирного договора между Россией и Испанией; оба государства обязались всесторонне помогать друг другу и не нарушать зыбкий мир в своих североамериканских колониях, в частности, в северной Калифорнии. Действие романа-трилогии происходит в первой четверти XIX века. Направляясь по приказу канцлера графа Румянцева в призрачную Калифорнию, капитан Андрей Преображенский при странных обстоятельствах встречает молодую красавицу-американку мисс Стоун, скрывающую темную тайну своего прошлого... Связанные разными целями, но объединенные чувством любви, герои отправляются в полное тайн, опасностей и удивительных открытий путешествие. «Фатум» продолжает традиции старых добрых романов, зовущих читателя в окутанный романтической дымкой мир парусников, шпаг и треуголок. Роман овеян высоким патриотизмом, пиететом к нашему офицерству, для которого с петровских времен незыблем гордый девиз: «За Веру, Царя и Отечество!» Дух необъятных пространств Русской Америки, Урала и Сибири, отчаянные погони и таинственные убийства, неразрешенные интриги... Основанное на подлинных исторических фактах, завораживающее действие, полное драматизма, держит в напряжении от первой до последней страницы. Роман решен в жанре крутого исторического бовика, с крепким детективным стержнем, с элементами мелодрамы и мистики. Роман: «Эшафот» 1 том — «Рай под тенью сабель» 2 том — «След Барса» 3 том — «Дарго» XIX век. Кавказская кампания — самая долгая война в истории России, тянувшаяся почти шестьдесят лет и стоившая метрополии огромных финансовых потерь и бесчисленных человеческих жертв. Это была война, которая потребовала от своих героев не только мужества, но и изощренного коварства. Война, победа в которой завершала строительство самой великой из евразийских империй. Роман Андрея Воронова-Оренбургского «Эшафот» воссоздает события самого драматического эпизода Кавказской войны — похода русской армии в Дарго, резиденцию великого Шамиля, имама Чечни и Дагестана. 1845 год. Кавказ в крови уже без малого полвека. Война не оставляет людям времени для сантиментов. Закон гор суров: убей или умри. Ротмистр Аркадий Лебедев, став жертвой предательства, теряет все: положение в обществе, отчий дом, любимую. Рушится его блестящая карьера. Но он — дворянин, офицер и не намерен прощать подлецов и убийц. Заплатят все. И те, кто плел паутину интриг, и те, кто совершал предательства. Месть, равно как преданность — «верность царю и Отечеству», — становится для него делом чести. По воле судьбы он — участник похода в Дарго. По воле случая кунаком Аркадия становится горец-абрек Дзахо, который беспощадно мстит своим кровникам... Фаворита Николая I, героя Бородина графа Воронцова, возглавившего поход «с огнем и мечом» в резиденцию Шамиля, впереди ожидают чудовищные испытания. Его соперник и смертельный враг — человек-легенда, всесильный и непреклонный имам Кавказа — великий Шамиль, для которого священный газават стал смыслом всей жизни. Жизнь непредсказуема, и только Небо знает, когда и где пересекутся огненные дороги этих судеб. Роман «Эшафот» — это исторически точное и захватывающее повествование о героизме русских солдат и мужестве горцев, об удалых казачьих дозорах и пленниках, ожидающих смерти в зинданах, о чести боевых офицеров и о любви, которой не страшны ни войны, ни время. Книга основана на исторических документах и мемуарах действительных участников Кавказской войны. Цикл «Эшафот» Название романов: 1 том — «Пиковая Дама — Червонный Валет» 2 том — «Дикое золото» 3 том — «Охота на царя» Предлагаемая трилогия — это история неординарной личности, блестящего актера Александринского театра Алексея Кречетова, ставшего по непреклонной воле рока «телохранителем Его Величества» — кадровым агентом русской военной разведки. Легендарный царь-освободитель Александр II, тайные вероломные общества Речи Посполитой, разномастные изуверы-бомбисты, беглые каторжники, знаменитые воры и шлюхи, опытные сыскари, жандармы, филёры... И тех, и других Господь наградил завидными талантами — каждого в своем роде. В крутом рельефе погонь и убийств, под сумеречной вуалью мелодраматических перипетий и подлинных исторических событий переплетаются сложные судьбы героев и их возлюбленных, лютых врагов Отечества и его защитников. Полностью статья здесь: http://www.proza.ru/2008/01/30/198

ffzm: geklov пишет: А ещё помнится у Воронковой "След огненной жизни" есть. И "Герой Саламина" Да, в советское время была не большая плеяда женщин писавших историко-приключенческие романы. Кроме Воронковой, это в первую очередь Ямщикова Маргарита писавшая под псевдонимом Ал.Алтаев, а так-же Шишова Зинаида, Моисеева Клара, Выгодская Эмма и конечно же Лидия Чарская.

1.66: Из около 80-ти произведений Л.Чарской при советской власти (до смерти писательницы) опубликованы только 5, из них одно незакончено, так, что советской писательницей ее можно назвать только с очень большой натяжкой. Сведения отсюда http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%B0%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F,_%D0%9B%D0%B8%D0%B4%D0%B8%D1%8F_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%BD%D0%B0 . Кроме того Вы забыли Зою Воскресенскую!

ffzm: Да Чарскую советской писательницей можно назвать только с натяжкой. А Воскресенская исторических романов вроде не писала.

geklov: Оооо! Штирлиц в юбке! Про Ленина писала. Лениниана - это тоже своего рода историческая литература. Наше русское ноу-хау

Gennady: А какие приключенческие произведения у Чарской? Я не знаю. Она, впрочем, о Кавказе писала. Может, это они и есть? Мне кажется, что к приключенческим больше Крыжановская относится. Или Бебутова.

geklov: Соглашусь с Геннадием! "Первая леди НФ" (так её величает Евгений Харитонов) Вера Ивановна Крыжановская-Рочестер, пожалуй, поболее других дам-сочинительниц имеет отношение к ПЛ. Например, она первая (задолго до АБС) освоила популярную в фантастике ХХ века тему прогрессорства. И. Как я уже писал, сама стала героиней приключенческого романа Крыжановского и Жемера "Поверить Кассандре". Достойный памятник достойной писательнице (если учесть, что, по мнению того же Харитонова, "многие издания и публикации Веры Ивановны практически утеряны" )

1.66: У Зои Воскресенской достаточно много исторических произведений "Сердце матери", "Сквозь ледяную мглу", "Красный бант", "Консул".

geklov: Во-во, ЛЕНИНИАНА. 1. Сердце матери. 2. Сквозь ледяную мглу. Это книги о М. А. Ульяновой, МАМЕ Ильича. По ним ещё кинодилогию сняли: "Сердце матери" и "Верность матери". 3. Красный бант. - Рассказы о детях, юных помощниках партии, которые вместе с отцами и братьями боролись за свободу и завоевания революции. 4. Консул. Из аннотации: "о самоотверженной работе советских дипломатов в Финляндии в предвоенные тридцатые годы, о тех сложных испытаниях, которые выпали на долю финского народа, рабочего класса и прогрессивной интеллигенции страны в борьбе за лучшее будущее". Ну разве как отдельный поджанр приключенческой литературы - революционно-приключенческая лит-ра (Катаев "Белеет парус", Гайдар, Бляхин и др.) Д. Благой в 1925 году в "Словаре литературных терминов" в статье "Авантюрный роман" выделял как поджанр "революционный роман приключений (напр., роман Войнич «Овод» и др.)" Инфа из Литературной энциклопеди: В 11 т. — [М.], 1929—1939. Статья о Л. В. Никулине (отрывок): "Представляет интерес попытка Н. создать жанр революционно-приключенческого романа. Борьба оппозиционной и правительственной партий Гюлистана (Афганистан) за обладание неким дипломатическим документом, разоблачающим продажность министров, составляет содержание романа «Никаких случайностей» [1924]. Роман, знакомя читателя с обстановкой Афганистана, с методами дипломатии империалистических государств в полуколониальных странах, обладает известной социально-познавательной ценностью. Однако в следующем романе того же типа — «Тайна сейфа» [1925], — сюжетно более изощренном, от «революционной романтики» не остается следа. В дальнейшем Н. центр тяжести с чисто фабульных эффектов переносит в плоскость игры острыми психологическими коллизиями («Матросская тишина», «Путешествие на Пигаль» и др.). Но психологическое содержание образов зачастую лишено социально-типического значения, заострено на необычности положения. Право не ведаю. Где-нибудь ещё в мире выделяют такое направление ПЛ как революционно-приключенческое? Или это чисто наше, советское изобретение?

Антон: geklov пишет: Где-нибудь ещё в мире выделяют такое направление ПЛ как революционно-приключенческое? По идее должно быть у французов. Ау! Админ! Просветите!

geklov: Право не ведаю, как обстоят дела на Западе с революционно-приключенческой литературой, но вот один КОНТреволюционный историко-приключенческий сериал, я, пожалуй, знаю. «Алый Первоцвет» британской сочинительницы баронессы Эммы Орци. Если серьезно, то герой Орци – классический «мститель в маске» (masked avenger). Впоследствии сэр Перси Блейкни эволюционировал в таких героев, как Зорро и Бэтмен. А ведь романами о приключениях Алого Первоцвета зачитывался юный Владимир Набоков. Кстати. Мы опять вышли за рамки темы. Может стоит обсудить революционно(и контреволюционно )-авантюрный роман как поджанр в рамках темы "Литература Приключений - что это?"?

1.66: Вот пример приключенческого произведения Л.Чарской: Чарская, Л. А. Смелая жизнь: Подвиги загадочного героя : историческая повесть / Л. А. Чарская ; худож. Е. П. Самокиш-Судковская ; 12 ориг. ил. ; 4 снимка со старинных портр. - М. - СПб. : Изд. М. О. Вольф, б/г. - 308 с. : ил. Канвой для "Смелой жизни", изданной в 1905 году, послужили опубликованные А. С. Пушкиным "Записки кавалерист-девицы" - легендарной Надежды Дуровой (1783-1866), которая прославила своё имя целым рядом подвигов, участием в Отечественной войне 1812 года. Кроме того, Чарской были известны и другие произведения о Н. А. Дуровой, например роман Д. Л. Мордовцева "Двенадцатый год" (1885). Л. А. Чарская понимала разницу между "Записками" и биографией Дуровой. Между ними нельзя поставить знак равенства, так как "Записки" - это художественное произведение с определенной долей вымысла. Поэтому Лидия Алексеевна смело развила созданную Дуровой лирическую легенду, "развернула" скуповатые эпизоды "Записок" в романтические приключения в свойственной ей манере. Ведь "кавалерист-девица" и автор "Смелой жизни" - родственные души. Жизнь и судьба Л. А. Чарской, как и Н. А. Дуровой, - это страстное и деятельное стремление доказать самоценность, неповторимость своей личности. Сведения взяты здесь http://www.pushkinlib.spb.ru/lib_without.html , там же есть обложка данного издания.

geklov: А вот здесь можно и само произведение почитать: http://az.lib.ru/c/charskaja_l_a/text_0710.shtml

geklov: Девушка-кавалерист. Тема для авантюрного романа более чем благодатная. И русские авторы мимо не прошли. Л. А. Чарская "Смелая жизнь" А. К. Гладков "Давным-давно" Правда Э. А. Рязанов как-то пытался уличить Александра Константиновича в плагиате. Цитата из Википедии: В своей книге воспоминаний Э. А. Рязанов рассказывает, что при подготовке экранизации пьесы «Давным-давно» (1962 год) у него состоялся разговор с Ю. А. Шевкуненко, известным тогда драматургом и директором Второго творческого объединения киностудии «Мосфильм». Шевкуненко в 1942 году участвовал (как актёр Театра Красной Армии) в постановке пьесы. По словам Шевкуненко, тогда было замечено, что А. К. Гладков уклонялся от всех просьб внести в текст пьесы даже самые ничтожные переделки. «У нас в театре, тогда в Свердловске, в 1942 году, во время репетиций, у всех сложилось мнение, что пьесу написал не Гладков». При написании сценария фильма «Гусарская баллада» Э. А. Рязанов попросил Гладкова дописать несколько мелких эпизодов, тот пообещал это сделать и скрылся на несколько месяцев. Долгие уговоры ни к чему не привели, кроме новых обещаний, и Рязанову пришлось дописать стихи для текста сценария самому. В своей книге Рязанов выразил мнение, что Гладков не был автором пьесы, а также высказал предположение, что «Гладков получил эту пьесу в тюрьме от человека, который никогда не вышел на свободу». Предположение о пребывании Гладкова в тюрьме до войны оспаривается рядом источников. В интервью 2009 года Рязанов подтвердил свою уверенность, что настоящий автор пьесы — не Гладков. Однако прямых подтверждений эта версия не имеет. Более подробно можно почитать в книге Рязанова "Неподведенные итоги" http://www.modernlib.ru/books/ryazanov_eldar/nepodvedennie_itogi/read/

1.66: Вы забыли еще "Двенадцатый год" Даниила Мордовцева (там герой сама Дурова), а также "Сожженную Москву" Григория Данилевского (там кавалерист-девица Аврора Шелешпанская, но она погибает в конце романа).

geklov: Так Вы ж о них уже писали. Правда в другой теме ("ПЛ - что это?") и немного по другому поводу. "Сожженая Москва" Григория Данилевского, "Двенадцатый год" Даниила Мордовцева, Но и о Чарской именно ВЫ писали. Причем уже здесь. Так что Вы как всегда правы... Сказать по чести, просто хотел поведать историю о гладковской пьесе... Благодатная, одним словом, темка для ПЛ - девушка с шашкой, да исчо на коне

geklov: Коль уж речь зашла о Н. А. Дуровой. Энциклопедия фантастики причисляет некоторые произведения кавалерист-девицы к фантастическому жанру: ДУРОВА, Надежда Андреевна (1783-1866). Рус. прозаик, более известная произв. др. жанров (мемуаристики, романтической прозы), первая в рус. армии женщина-офицер. Автор знаменитых "Записок кавалерист-девицы", Д. написала ряд фантаст. повестей - "Клад" (1840), "Угол" (1840), "Ярчук. Собака-духовидец" (1840). http://scifi.spb.ru/authors/d/durova.n/durova.htm Вот отрывок из статьи Б. В. Смиренского "Надежда Дурова": "...В 1840 году Дурова выпустила три новые повести. Литературной плодовитости писательницы удивлялся Белинский: "Г. Александров, видно, решился дарить нам каждый месяц по большой повести", -- писал он. Эти повести написаны хорошим слогом и представляли занимательное чтение. В них были положительные достоинства -- заманчивость происшествий, намечены даже оттенки характеров, однако все они слабее предыдущих произведений. Одну из этих повестей Дуровой -- "Угол" Белинский сравнил с повестью А. Ф. Вельтмана "Генерал Каломерос" и пришел к выводу, что "авторы обоих -- почетные лица нашей литературы, замечательные, хотя и неравные между собой таланты". Отметив недостаток вероятности в содержании, запутанность в вымысле и бледность характеров, Белинский указал, что, несмотря на это, повесть Дуровой будет читаться с большим удовольствием, чем повесть Вельтмана. Вторая повесть "Ярчук -- собака-духовидец" подверглась справедливой критике как длинно, растянуто и многословно изложенная, как путаница разный невероятностей, лишенных занимательности. Белинский отозвался о "Ярчуке" как о "груде нескладных небылиц". Третья повесть "Клад" родственна двум первым -- в ней та же запутанность сюжета, та же увлекательность рассказа и тот же правильный, плавный, живой язык. В довольно сочувственной оценке Белинского говорилось: "Чего нет в этой повести! Если рассказать ее содержание -- никто и читать ее не будет: так страшно оно. Герои -- родные братья, дети татарина. Место действия -- неприступное ущелье между скалами, на берегах реки Камы, которые покрыты непроходимым лесом. Впрочем, клада не оказывается налицо, да и повесть вдруг оканчивается. Хороший слог и увлекательность рассказа отличает два эпизода -- семейная история татарина Рашида и семейная история Иохая"...

Admin: 1.66 пишет: Сведения о писателе и библиография взяты отсюда (с отдельными моими дополнениями): http://archivsf.narod.ru/1883/valeriy_yazvicky/index.htm . Уважаемый 1.66, просьба: Вы хоть как-то отделяйте свои личные высказывания от авторской статьи. Ваше личное (живое!) гораздо интереснее почитать и обдумать, чем большую энциклопедическую справку. А так, скопом, порой не понятно, где кто.

Admin: Антон пишет: По идее должно быть у французов. Ау! Админ! Просветите! Нигде не встречал у французов. Смешно даже представить. "Жозеф Бальзамо", по нашим меркам, был-бы глухой классикой жанра. Как говорил (в другом, правда, смысле) Моргунов в "КП" - "Это не серьезно!" Если только над миром грянет гром - небо вспыхнет огнём, вы нам только шепните... Мерси боку!



полная версия страницы